Согласно статистике, банковский сектор является основным работодателем ведущих юридических фирм Украины. Как правило, речь идет о сопровождении судебных процессов, реструктуризации и взыскании задолженности, сопровождении процедур банкротства должников банка.

В последнее время также увеличивается количество запросов, связанных с предоставлением правовой помощи в рамках уголовных производств. О специфике White Collar Crimes (WCC) в банковском секторе, «целевой аудитории» правоохранителей, проблемных вопросах уголовных производств с участием банков, а также о мерах по минимизации рисков уголовно-правового преследования топ-менеджмента и бенефициаров украинских банков «Юридической практике» рассказал Денис Бугай.

  1. Согласно статистике, банковский сектор является основным «работодателем» ведущих юридических фирм Украины. Справедливо ли это утверждение для практики WCC?

Предыдущие годы правоохранители больше смотрели в сторону ликвидируемых банков, занимаясь их топ-менеджментом и акционерами. Ситуация изменилась — сейчас под прицелом успешно функционирующие банки и даже «святая святых» – Национальный банк Украины.

Доля запросов со стороны банков по вопросам WCC значительно возрастает. Ранее 90% банковских заказов были судебные процессы и реструктуризации. Сегодня практически у каждого банка есть кейс уголовной направленности.

Ключевой поставщик дел правоохранительным органам — Фонд гарантирования вкладов физических лиц. Согласно их статистике, по состоянию на 01 декабря 2019 года, Фондом направлено в правоохранительные органы 5 692 заявлений о преступлениях. Общая сумма убытков по их оценке – 374 925 млн гривен. Предъявлено подозрений – 31, направленно дел в суд — 39.

  1. Кто, скажем так, «целевая аудитория» правоохранительных органов в банковском секторе? Какие нарушения обычно инкриминируются? Меняются ли векторы интереса правоохранителей?

Ключевой целевой аудиторией правоохранителей являются топ-менеджмент и акционеры банков. Также в зоне риска менеджеры, вовлеченные в расследуемые операции — кредитные менеджеры, специалисты по залогам, оценщики.

Особое внимание — государственные банки, поскольку их статус позволяет правоохранителям при любой неудачной банковской операции говорить о хищении государственных средств.

Круг их интересов широк — от вопросов выделения рефинансирования, операций с инсайдерами, дисконтах при уступках, достаточности и качества обеспечений до халатности при оформлении активных операций банка.

Ключевой вектор интереса последних лет – государственные ресурсы, но крен все больше в сторону частных бизнес вопросов как самих банков, так и их клиентов.

  1. Конец прошлого года ознаменовался рядом достаточно громких уголовных производств в отношении банкиров. Можно ли в этой связи говорить об усилении уголовно-правового давления на банковский сектор?

Уголовные банковские кейсы возглавляют рейтинг топ-новостей. Конец 2019-го был особо «богат» на дела такого рода. Вручение подозрений топ-менеджменту и акционеру банка «Финансы и кредит» — Константину Жеваго, а также арест части его активов, подозрения экс-руководителям «Вектор Банк», «Банк Михайловский» и «Пивденкомбанк», и это не полный список.

Среди наиболее резонансных — предъявление подозрения и грубое задержание председателя правления «Укрэксимбанк» и, конечно, громкое дело НАБУ против первых лиц Нацбанка и акционера VAB-банка — Олега Бахматюка. Вручение подозрений членам правления Национального банка – это «инновация», которую ранее себе не позволяли.

Последний кейс — это свидетельство выхода НАБУ на «банковский рынок». В их поле зрения порядка пяти крупных банковских кейсов, расследования по которым идут уже более двух лет. Проведено сотни следственных действий и десятки международных сотрудничеств по всей Европе — начиная от Литвы, Латвии, заканчивая Австрией, Швейцарией и Люксембургом.

Служба безопасности Украины тоже не стоит в стороне, расследует группу дел, связанных с хищениями в ликвидируемых банках и применением корреспондентских счетов иностранных банков.

Программа дешевых кредитов, которую анонсировал Кабмин, через год, на мой взгляд, станет еще одним перспективным делом. Общий объем программы составляет 2 млрд. долларов. Для получения кредита соискатель должен предоставить бизнес-план, 20% — собственные средства, остальные 80% можно получить от государства «в долг» всего за 5-9% годовых. Выдавать кредиты за счет государственных средству будут аккредитованные банки, именно к ним и возникнут вопросы, если заемщик окажется не способен вернуть средства.

На месте частных банков я бы подумал, стоит ли принимать участие в этой программе. Участие в данной инициативе неизбежно приведет в будущем к общению с детективами НАБУ и прокурорами САП.

  1. Органы досудебного расследования в Украине активно реформируюются, ведется работа над изменением профильного законодательства. Как это сказывается на практике WCC и, в частности, делах банковского сектора? К чему еще следует готовиться адвокатам?

В Офисе Генерального прокурора сформирован отдельный специальный департамент процессуальных руководителей, который непосредственно занимается преступлениями в банковской сфере. Наличие специальных «банковских» подразделений неизбежно провоцирует новые расследования и вручение подозрений.

Высокая приоритетность на государственном уровне позволяет следователям и прокурорам использовать большие ресурсы и активно развивать собственную экспертизу в данной категории дел. Текущий момент нельзя сравнить с пятилетней давностью, когда слова «аккредитив», «корреспондентские счета» пугали следователей. Сегодня — как в НАБУ, так и в полиции и СБУ — достаточный уровень профессионализма для расследования банковских дел.

Особые успехи сделаны в сфере международного сотрудничества. Деньги «не видят» границ. Движение денежной массы по одному кейсу может происходить одновременно в пяти юрисдикциях. Правоохранительные органы успешно научились раскрывать банковскую тайну, изымать документы не только в Украине, но и за рубежом.

Новый их навык – аресты активов в иностранных банках. Банковская тайна практически перестала существовать. Ключевой тренд – активное сотрудничество следователей – замена принципа взаимности на принцип инициативности. Если прокурор европейской страны, видит наличие каких-либо активов в своей юрисдикции, связанных с расследованием в Украине, он по собственной инициативе их блокирует и информирует об этом украинского коллегу. Всячески помогая последнему арестовать такой актив.  Ранее иностранные прокуроры проявляли активность исключительно по запросу украинских коллег.

  1. Что можете отнести к проблемным вопросам уголовных производств с участием банков и/или банкиров? Как в целом оцениваете компетенцию органов досудебного расследования в этой категории дел?

Так называемый «банкопад» предыдущих лет (банкротство большого количества банков) спровоцировал значительное увеличение числа уголовных дел, чего не было ранее. Как следствие — рост компетенции правоохранительных органов.

Среди сложностей, я бы выделил комплексность. Для эффективного расследования или защиты необходимо владеть не только уголовным правом и процессом, но и иметь высокую экспертизу в вопросах корпоративного права, финансового мониторинга, банковского законодательства.

Следующее – большие банковские кейсы неизбежно связаны с международным правом, с транзакциями через несколько юрисдикций. Поэтому знание английского языка и понимание функционирования международной банковской системы – крайне важны.

Ключевой вопрос в банковских расследованиях остается за экспертизами, которые устанавливают убыток и подтверждают те или иные факты движения денежных средств. Качество таких экспертиз не высока.

Стоит сказать о проблеме принятия решения коллегиальными органами. Бытует мнение, если решение принято коллегиальным органом (правлением, кредитным комитетом), то это снимает ответственность с его членов. Данный вывод ошибочен. Сегодня правоохранители готовы предъявлять подозрения непосредственно каждому члену коллегиального органа, если констатируется, что решение нанесло ущерб или принято с нарушением требований законодательства, внутренних документов банка.  Более того, практика Антикоррупционного суда по делу «НАБУ-VAB банк» подтверждает данную позицию.

  1. Какие меры целесообразно предпринимать для минимизации рисков уголовно-правового преследования топ-менеджмента и бенефициаров украинских банков?

Чтобы снизить уголовно-правовые риски, необходимо следовать пяти простым правилам.

Первое – строгое соблюдение формальностей, предусмотренных уставом и внутренними положениями банка. Если при проведении операции были малейшие нарушения, правоохранитель будет их трактовать не в пользу менеджмента. Внимание к деталям, их четкое соблюдение – залог исключения проблем в будущем.

Второе – упорядочить вопрос так называемых «заочных заседаний», когда решение коллегиальными органами принимается без очных встреч. С одной стороны – это нормальная современная практика решения задач путем опроса, телефонного звонка, e-mail. Но, если данный формат не предусмотрен актами самого банка, правоохранительные органы будут трактовать это как грубейшее нарушение.

Третье – исключить из методологических документов банка какие-либо оценочные категории без конкретных критериев. Пример, понятие «орган или должностное лицо осуществляет контроль». Если исследуемый термин не наполнить смыслом и не разъяснить, в чем он проявляется и каким путем реализуется, то следователь даст ему максимально широкую трактовку, и, соответственно, получит основание обвинять должностные лица банка в халатности.

Четвертое – реакция на индивидуальные акты НБУ. Если регулятор выявил нарушения и дал какие-либо рекомендации, принципиально важно данные пожелания выполнить. В противном случае, их невыполнение будет трактоваться как обстоятельства, которые способствовали совершению правонарушения. Независимо от того, связанно ли данное нарушение с рекомендацией регулятора или нет.

И последнее – провести специальную экспертизу бизнес-процессов, внутренних положений на наличие уголовно-правовых рисков. По результату внести соответствующие изменения с целью их исключения. Будет не лишним мини-тренинг для ключевых лиц банка. Опыт показывает, чем раньше начать профилактику или «абсорбирование» потенциальной проблемы, тем больше шансов завершить их без негативных последствий.